Андрей Пивоваров: «Информационные технологии могут стать локомотивной сферой»

Многие выпускники вузов выбирают работу в сфере информационных технологий, даже если для этого приходится получать дополнительное образование. Перспективы IT-индустрии заманчивы — высокий уровень дохода, работа с новыми технологиями. О том, с какими проблемами сталкивается IT-сфера в Украине, мы поговорили с Андреем Пивоваровым, СЕО компании GoIT и основателем образовательного проекта «Соль».  Встреча с украинским предпринимателем состоялась в Днепре в рамках проекта «Мотивационные завтраки», где Андрей Пивоваров поделился опытом с собственниками и руководителями бизнеса.

— Некоторое время назад ваш образовательный проект GoIT присоединился к Программе Развития ООН и запустил курсы для переселенцев из зоны АТО. Расскажите подробнее об этих курсах? Какими были критерии отбора будущих студентов?

— Это было достаточно давно, компания Go IT предложила программу GoForIT, которая проводилась в рамках программы ООН.  Получили грант от Японии, и на деньги японского правительства Японии мы запустили курсы для людей, которые приехали из зоны АТО. Во время курсов в общей сложности мы обучили 400 человек. Около 60% из них удалось найти первый проект или реализовать свой потенциал в информационных технологиях. Критерии отбора на курсы были следующие: статус переселенца, знание английского языка на уровне, приемлемом в IT-сфере, желание активно меняться или развиваться и, конечно, базовая техническая грамотность.

— Приходилось слышать мнение о том, что многие выпускники вузов не дотягивают до требований IT-компаний. Если это действительно так, в чем, на ваш взгляд, заключается основная проблема?

— Это происходит, потому что система образования устарела и уже давно стала рудиментом. От нее нужно полностью отказаться, перестроить ее невозможно. Необходима правильная образовательная структура, которая в какой-то момент заменит нынешнюю архаичную модель. Если говорить о самых больших проблемах, системе образования, на мой взгляд, недостает актуальности знаний и практического опыта преподавателей. И, конечно, важно то, чему мы учим. Сильно не хватает фокуса на глубине знаний, да и история в двадцати разных вариантах скорее запутает студента, чем объяснит происходящие процессы. Неправильно построенная система образования демотивирует студентов, и они не концентрируются на той специальности, которая действительно для них важна.

— Какие тенденции вы видите на украинском рынке информационных технологий?

— Я вижу, что информационные технологии могут стать локомотивной сферой в стране. Мне бы очень хотелось, чтобы сформировалось клише, что Украина — это страна информационных технологий, а украинцы — IT-нация. Этой сфере нужно уделять не меньше внимания, чем металлургии или сельскому хозяйству. Сейчас, по разным оценкам, в стране работает от 100 до 200 тысяч специалистов IT, и эта цифра постоянно растет. Я верю, что здесь может работать и миллион человек, и тогда работа в сфере информационных технологий повлечет за собой позитивные перемены на государственном уровне. Нужно учитывать, что у людей есть базовые потребности. А, получая низкую зарплату, люди, скорее, будут думать о том, как бы удовлетворить потребность в тепле, еде и защите, чем о развитии личного потенциала. Сфера IT, которая тесно связана с международным рынком, позволяет получать достойные деньги за работу, проделанную на высоком уровне. И здесь речь идет не только о материальных благах —когда у людей закрываются базовые потребности, они начинают думать о высоком. Появляются интересы в области литературы, культуры, люди отправляются в путешествия. Они задумываются о социальной ответственности, об экологичность происходящих процессов. На самом деле, все важные вопросы и осмысленные идеи возникают, когда базовые потребности закрыты. Мне кажется, что в этом контексте более перспективной индустрии в нашей стране сейчас не существует.

— Что мешает украинцам успешно работать в IT-сфере на данном этапе?

— Конечно, причина не в технологиях, а в подготовке кадров. Ключевая ценность в IT — это люди, поэтому моя основная задача — как можно больше людей из разных сфер привлечь в IT, чтобы они реализовывали свой потенциал в этой индустрии. Тогда интеллектуальный капитал будет инвестироваться в этом направлении.

— Вы утверждали, что при помощи образовательных проектов можно влиять на развитие страны. Каким образом?

— На первом месте должны стоять образование и медицина. Эти области взаимосвязаны. Я считаю, что только образование может быть драйвером перемен. Сейчас вы видите огромное количество образовательных инициатив в Украине, и это прекрасно. Если мы хотим менять страну, нам нужно помочь людям изменить свое мышление в сторону успешности. Изменения станут возможными только через коммуникацию и постоянное образование. Постепенно у человека формируется новое представление о новых возможностях и их неограниченном ресурсе.

— Во время встречи с собственниками и руководителями бизнеса вы рассказывали о воронке рекрутинга, которая включает профиль должности, структурированное собеседование, описание вакансии, тестовое задание и интервью с рекрутером. Как вы проверяете, совпадают ли ценности кандидатов с ценностями вашей компании?

— Для того чтобы определить ценностную принадлежность, нужно структурированное интервью. Например, в моем бизнесе основная ценность — чувство собственность. Имеется в виду, что человек переживает не только за свою сферу и функционал. Он думает о том, что происходит до него, после него и вокруг него. Если у наемного сотрудника есть чувство собственности, он будет переживать за все, что происходит в бизнесе. Как понять, есть ли у человека эта ценность? На основании предыдущего опыта. Можно задать вопрос: «Предположим, на предыдущем месте работы вас просили выполнить задачу, которая не была указана в рамках вашего функционала. А у вас, допустим, не было времени на эту работу. Как вы поступали в такой ситуации?» Человек может ответить по-разному, к примеру: «Извините, я  не буду делать то, что не входит в мои прямые обязанности». Либо сказать так: «Даже если у меня нет времени, я подстрою свой график и буду делать то, что действительно важно для компании». Таким образом, глядя на то, как человек поступал в прошлом, мы проецируем это на будущее и понимаем, что с нами он будет вести себя точно так же. Это обычные вопросы на уровне формальной логики.

— Бывали ли случаи «подстройки» под ваши ценности?

— Да, определить подстройку крайне сложно, именно поэтому я сказал про воронку рекрутинга. Чем больше этапов, тем больше вероятность того, что вы где-то найдете подвох или разоблачите ложь. Чем больше этапов, тем лучше формируется картинка. Но и при этой системе бывают люди, которым удается попадать в компанию, притворившись, что их ценностная принадлежность совпадает с вашей. Этого не избежишь.

— Давай затронем вопрос мотивации сотрудников. Является ли финансовая мотивация самой действенной?

— Нет, финансовая мотивация важна для тех, у кого главная ценность — деньги. Но для большинства выдающихся людей деньги не приоритетны, потому что они прекрасно зарабатывают. Вместе с тем, они ищут цель, задачу, масштаб, миссию — одним словом, то, что будет их вдохновлять. Они находятся в поиске единомышленников, с которыми можно воплощать грандиозные проекты, они ищут качественный ресурс и инструменты. А деньги являются следствие, это инструмент, социальная энергия, которая в виде благодарности приходит за то, что ты качественно выполняешь свою работу. Если вы хотите привлечь выдающихся людей, нужно фокусироваться на глубине ценностных целей.

— В литературе по теории предпринимательства обычно предлагаются две модели — бороться с конкурентами, разработав уникальное торговое предложение, либо выбрать незанятую нишу, как предлагает автор «Стратегии голубого океана». Каково ваше мнение по этому поводу?

— «Стратегия голубого океана» имеет право на жизнь, но она была написана довольно давно. Я — сторонник модели, при которой бизнес запускается в тех нишах, где есть подтвержденные кейсы. Вторым и третьим всегда проще идти, чем первым. К тому же, если ты первопроходец, будет непонятно, есть ли направление в той сфере, в которой ты делаешь первые шаги. В этом случае приходится самому формировать свой рынок и спрос. А когда есть успешный кейс, сделанный кем-то, гораздо проще двигаться. Но и стратегия экспериментов и запусков проектов в незанятых нишах также может быть актуальной.

— Расскажите, пожалуйста, о том, как меняется понятие лидерства в современном мире.

— Лидерство постепенно переходит в прозападную модель. Сейчас уже недостаточно сказать: «Я самый умный», недостаточно ставить подпись на каждом документе или предъявить прописанный процесс. К тому же, меняется не только понятие лидерства, но и восприятие поколений. Тех, кто родился после 1981 года, называют «миллениалами», или поколением Y — это люди, увлеченные цифровыми технологиями. Кроме того, появляется так называемое поколение Z (к этой категории принадлежат дети, которые родились после 2000 года). Разнообразные соцопросы и исследования показывают, что для этих людей важна свобода, они хотят драйва, энергии, смысла, вдохновения, идей. В случае с такими людьми не работает старая система авторитарного лидерства, при которой один человек принимал решения за всех и отдавал приказы. Теперь ситуация изменилась. Лидер, принимавший решения единолично, превращается в лидера, который делегирует полномочия. Так называемый «самый умный», готовый предложить заранее приготовленный ответ на любой вопрос, превращается в лидера, который задает правильные вопросы. Лидер, который в прошлом жил в образе тирана и императора, формирует команду и становится магнитом для талантов. Сама система лидерства переходит в коучинг, где прожектор переводится с фигуры лидеры на команду.

С Андреем Пивоваровым беседовала Ася Шкуро

Author: Admin
Tags

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Login

Lost your password?