Философский камень: приоткрывая мистическую завесу

Философский каменьСтрах смерти издревле побуждал человека следовать тернистой дорогой в поисках панацеи от ежесекундно приближающейся кончины. Одна из таких дорог вела, по свидетельству монаха Теофила, в подземные комнаты, вымощенные камнем, в которые через два узеньких окошка едва проникал дневной свет. Там алхимики вели борьбу со смертью, корпя над изобретением философского камня.

Где бессмертия сыскать?

Несмотря на долгие годы поисков, единый рецепт выведен так и не был. Замысловатость инструкций по получению ляписа (лат. «камень») способны привести непосвященного читателя в полнейшее недоумение. Чего только стоит: «Киммерийские тени покроют реторту своим тусклым покрывалом». Или: «Охлаждай и разводи тепло красного супруга между зимой и весной, преврати воду в черную землю и поднимайся через изменяющиеся цвета к востоку». А все оттого, что камень-то на самом деле и не камень вовсе. Истовые адепты алхимии сетуют: мол, настоящая, «правильная» алхимия, какой она зарождалась и формировалась на Западе, ни с погоней за золотом, ни с продлением срока земной жизни ничего общего не имела. Оставленные нам описания процессов изготовления золотого напитка, убеждают они, — не что иное, как очерки индивидуального, символически завуалированного опыта пути преодоления смерти духа.

«Алхимические процедуры были реальными, — говорил Карл Густав Юнг, — только эта реальность была не физической, а психологической. Лабораторными терминами алхимия изображает драму космическую и духовную». Целью алхимических практик было достижение духовного совершенства, освобождения от всего тленного — собственно, от своего «я», — чтобы таким образом добиться воссоединения с миром, с вечностью и найти спасение духа от погибели. Встречается мнение, что жаждой долголетия последователи алхимического пути были заражены выходцами из Дальнего и Ближнего Востока. Вот тут-то философский камень и стал буквально пониматься камнем, порошком или эликсиром, способным отсрочить момент умерщвления бренной человеческой оболочки.

Философский камень

Иллюстрация из книги-инструкции Mutus Liber Latomorum, 1765 год

Но, думается, к подобным утверждениям стоит относиться с хорошей долей скептицизма, ибо древнеиндийская философия, к примеру, повествует о таком себе «Золотом Пуруше» — бессмертной, вечной частичке божественного в человеке, которую можно открыть путем въедливого познания, эдакий «свет в сердце». И рассказы, оставленные о нем в текстах Упанишад, содержат удивительно много параллелей, вторящих описаниям идеального искомого состояния — состояния просветления, — к которому стремятся те самые истинные алхимики.

Разумеется, забредя в дебри символических хитросплетений, можно связать воедино все мифологические и вероученческие предания мира, увязав в один путаный клубок половину из известных нам богов и сказав, что они суть одно и то же, как делают некоторые историки-сказочники. Поэтому увлекаться не стоит. Или, погодите, может, наоборот, стоит? Если приглядеться, объединение всего под общим знаменателем «через Слово», посредством сочинения новых мифов о сотворении мира и духовных странствиях — именно то, чем алхимики и занимаются. Хрестоматийным примером в смысле доказательства правильности такого взгляда является все тот же Юнг, стремившийся в закодированных алхимических посланиях разгадать следы архетипов — первообразов, инстинктивно понимаемых и принимаемых всеми и каждым в рамках коллективного бессознательного. Так, алхимия и есть ремесло объединения различных неудобоваримых (для рядовых организмов) в сочетании друг с другом концепций в одну как иная форма духовного освоения мира, еще одна попытка его упорядочить.

Смыслы, заключенные в образе философского камня

К. Г. Юнг в философском камне усматривал символ Иисуса Христа. Несколько более «плоское» указание на подобное сродство, кстати говоря, имеется в румынской фольклорно-обрядовой традиции, в которой в форме рождественских колядок рассказывается о рождении Спасителя из камня. Что же до Юнга, он стал проводить такие параллели после явившегося ему в 1939 году, как он сам говорил, откровения: «Однажды ночью я проснулся и увидел в изножии кровати распятие, которое ярко светилось; оно было не вполне натуральных размеров, но очень отчетливое, причем тело Христа было как бы зеленоватого золота». Это видение напомнило ему о том, что в алхимии «зеленое золото» понимается как творческое начало, содержащееся как в человеке, так и в живой природе — дух, из которого сотворился весь мир. Кроме того, на поверхности лежит другое очевидное сравнение: камень, который способен несовершенный металл обратить в совершенный, как Спаситель, который кровью своей способен очистить человека от греха. Причащение вином — кровью Христовой — аналог алхимического эликсира жизни, добытого с помощью философского камня.

Философский камень

Иллюстрация из трактата «Rosarium_Philosophorum», XVI век

В алхимическом трактате «Rosarium Philosophorum» XVI века содержится еще один весьма затейливый способ получения заветного камушка, о котором нельзя не сказать: «Сделай из мужчины и женщины круглый круг, извлеки из него четырехугольник, а из него треугольник. Сделаешь круг круглым, и ты получишь философский камень». Этот «способ» отсылает нас к мифам об андрогинах. В «Пире» Платона они предстают как раз шаровидными, совершенными по своей силе существами, которые держали в страхе даже богов, а потому и были разрезаны пополам. Философ писал, что «тело у всех было округлое» и когда такой человек очень уж по какой-то нужде торопился, он «шел колесом, занося ноги вверх и перекатываясь на восьми конечностях». Все это легко считываемая аллегория всеобщей гармонии, заключающейся в единстве первоначал. У Эмпедокла также можно встретить упоминание о «божественной сфере» — шаре, изначально соединяющем в себе четыре стихии в состоянии покоя и согласия. Позже, как водится, эти стихии были разъединены одной из двух движущих сил — ненавистью. Разговор о шаре к тому же — удачный повод добавить, что символическим изображением философского камня чаще всего выступает Уроборос — змей, который, изогнувшись кольцом, заглатывает свой хвост — все та же печать бесконечности, единства противоположностей и Самости.

Философский камень

Надпись гласит: «В терпении»

Путь, который должен привести вас к философскому камню, — это «Путь Знания». Еще один его последователь, Джаммария, пишет: «Это маршрут, который алхимик проходит в одиночку; здесь не существует поверенных и доверенностей. На данном пути оператор является путником, ищущим тот пункт назначения, каковой является им самим». Кажется, очень даже неплохая жизненная философия.

Евгения Гавриленко

Author: Admin
Tags

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Login

Lost your password?