Александр Генис: почерк, эрудиция, скука, книга

Александр ГенисВы представляете свою жизнь без интернета, компьютерных технологий, мобильного телефона? Вряд ли… Теперь они — важная часть нашей жизни, безусловно, очень полезная. Не надо проводить время в ожиданиях — звонка, очереди, поезда. Многое уходит — и это радует, но многое и теряется — и это грустно. Поэтому Александр Генис пишет своевременные «Некрологи» «со скорбью и юмором», говоря о тех явлениях, которые уходят из жизни XXI века…

Александр Генис: скучайте с пользой!

Мы постоянно бежим от скуки… В ожидании чего-то, сидя в транспорте, скучая дома, в очереди пытаемся себя занять. Нам в помощь компьютер, телевизор, мобильный, наушники и другие средства, которые помогают забыть о проблемах, временно очищают голову от суровой реальности. Вспомните, какие симптомы вас настигали, когда забывали дома телефон, отключали свет, разряжалась батарейка одиночество, апатия, «ломка», страх, паника.

Люди прошлых веков умели правильно скучать, придумывая себе развлечения, а нам этого уже не понять, досуг не нужно придумывать он всегда с нами: «Теперь досуг никогда не бросает нас: телефон стал мобильным, компьютер ручным, кино — переносным, музыка — вездесущей, совсем как воздух. Видать, мы страшно не доверяем своей душе, если боимся остаться с ней наедине».

Александр Генис не понимает, почему когда-то он боялся очередей, оказывается, можно было проводить это время с пользой: «Уставившись вместо стены в спину последнего, мы получали бесплатный урок медитации. Позволяя двигаться стоя, очередь мягко, как Будда, убеждала нас в том, что всего по-настоящему важного можно достичь либо везде, либо нигде». Писатель не видит ничего зазорного в «ничегонеделании»: «Забыв телефон и очистившись от прочей электронной скверны, я люблю бродить по лесу…». А еще требует уважать скуку, считая ее «профилактикой психологического здоровья»: «Скучающий человек больше видит, слышит и понимает. Скука стимулирует память, оживляет чувства, напрягает нервы».

Говорят, что именно в состоянии скуки сделано множество великих открытий в науке. Лучшие музыкальные произведения дело рук скуки и грусти. Именно скука создает авангардное, необычное, броское, кричащее. Но так ли это? «Для автора скука — предтворческое состояние, не менее тревожное, чем предынфарктное».

«Преступление скучно, существование скучно, ничего не осталось на земле, кроме скуки», — жаловался еще в своем «романтически дерзком» XIX столетии Шерлок Холмс. Генис же считает, что скуке в современном мире просто уже нет места: «…Шопенгауэр говорил, что животные не знают скуки, Бродский считал ее неизбежной, Ницше видел в ней источник философии, я полагаю, что нам поздно беспокоиться».

Александр Генис: «Почерку приходит конец»

А вы помните, когда последний раз писали от руки? Еще в школе после летних каникул ручка не поддавалась, и мы как будто заново учились выводить буквы. Обращали ли внимание на особенности своего почерка? Не пытались ли вы спародировать чей-то почерк или сравнить его со своим? Часто во время раздачи контрольных работ опознавательным знаком для меня был почерк, а не имя обладателя его-то зачастую невозможно было разобрать.

Александр Генис сравнивает почерк с отпечатком пальца. Писатель проводит важное и опасное предположение, что, утратив почерк, мы станем одинаковыми: «Письмо, как походка, — индивидуальный навык, способный предать телесную форму бесплотной мысли. Почерк есть сольный танец пера по бумаге».

Недовольный своим почерком Александр Генис оправдывал себя смыслом, который вкладывал в письмо: «Гордо считая содержание важнее формы, я писал, как хотел, оставляя каллиграфию зубрилам и эпилептикам, вроде Башмачкина и Мышкина».

По почерку — наклону, нажиму, строчке — можно рассказать многое о характере человека. Все очень просто: если у вас крупный почерк — вы откровенны, если мелкий — эгоистичны и замкнуты. Не слишком ли просто для такого сложного существа, как человек?.. Есть даже профориентация по почерку, а Александр Генис считает, что почерк умеет не только говорить, но и проговариваться.

С появлением компьютеров почерку грозит опасность. Отдавая всю ответственность процесса письма в руки компьютера, мы забываем о пунктуации и грамматике.

Александр Генис и перед компьютером не обходится без бумаги и вот как представляет процедуру создания текста: «Дойдя до смутного места, оставшись без глагола, застряв на длинной мысли, потерявшись в лабиринте абзаца, я хватаюсь за карандаш, чтобы поженить руку с головой». Не правда ли, очень точное сравнение?! Часто очень сложно выразить мысли на бумаге, для этого нужна большая концентрация и внимание.

Боюсь, что я с первого взгляда могу узнать страницу, не написанную от руки, — с грустью заканчивает Александр Генис некролог «Памяти почерка».

«Свалка» знаний религия для эрудита

Читая ежедневную порцию эссе Александра Гениса, чувствую, что мое драматическое настроение меняется в противоположную сторону. Грусть ускользает, остается ироничное отношение к жизни. Писатель во всем пытается найти что-то смешное и парадоксальное. Сложно и невозможно было бы жить без юмора в этом мире: «От скольких бед нас спасает ирония, и как тяжела судьба людей прямо взирающих на вещи».

К его юмору привыкают не все и не сразу. Нужно знать предысторию этого смеха, иметь культурный багаж, хотя бы средне соизмеримый с умом Гениса. Поэтому его эрудицию называют «чудовищной и страшной». Как и откуда можно знать столько мелких, точных, никому не известных подробностей об истории, культуре, философии и находить параллели между ними?!

Любознательность Гениса не знает границ: «Мой собеседник в московском эфире был хорошим человеком, честным политиком и тонким поэтом. У него был лишь один недостаток: я ему очень не нравился. Его раздражало, что я хочу всё знать».

Жена, по словам Гениса, зовет его Google, а друзья «бесцеремонно пользуются». Писатель с иронией признается, что не всегда его знания пригождаются в жизни: «Зная за собой эту странность, я уже не горжусь своими ненужными знаниями, а стесняюсь их. С нужными как раз сложнее. Из всех полезных сведений за последнюю четверть века я овладел только теми, которые содержались в недлинной брошюре «Правила вождения автомобиля в штате Нью-Джерси».

Генис говорит об актуальной проблеме в наше время. С появлением интернета несложно найти нужную информацию, не корпя над учебниками. Поисковик выдает тебе то, что нужно за несколько секунд. Писатель признает благотворное влияние «демократического переворота», но эрудиция теряет свое прежнее назначение: «Послушный водопровод информации, интернет удешевил знания, разбавив стерилизующей хлоркой голубую кровь эрудиции. … Мне обидно, что драгоценный багаж, накопленный годами чтения, выдают любому идиоту, сумевшему освоить алфавит».

Как же быть в ситуации, когда место эрудиции может занять безжизненный компьютер? «Сегодня обойтись без Сети так же трудно, как без канализации. И не надо!» — справедливо подмечает писатель. Но Генис находит, решает проблему, разделяя роли: «Пусть компьютер владеет униженными доступностью фактами. Эрудиция не должна кормиться крошками с чужого стола. Ее достойны только те знания, что вступают в реакцию с душой, вызывают в ней резонанс и оставляют на лбу морщины». Поэтому пусть эрудиция будет иметь дело с «живыми» знаниями, а интернет — с автоматическими.

Реквием по книге

Сегодня постоянно твердят: книга мертва, электронные книги уничтожат бумажные… Сентиментальные заявления в духе: «традиционные» книги можно пощупать, полистать страницы, выделить карандашом нужное, сделать пометки на полях возможно, в какой-то степени и правдивы для «романтических» особ. Но зачем отрицать технический прогресс?

В XXI веке зачастую экранизации произведений делают книгу наиболее популярной. Фицджеральд перед смертью скупал собственную книжку, потому что всем на нее было «наплевать». Но после фильма в мире было продано больше экземпляров «Гэтсби», чем при его жизни. То же можно сказать и о блестящей экранизации знаменитого «Шерлока Холмса» телекомпанией BBC, которого смотрят и пересматривают, цитируют и, наверное, пытаются читать.

Стивен Кинг не верит в исчезновение книги, доказывая это на собственном опыте: «И тут вдруг появляется Гарри Поттер — на 734 страницы, книга, которая расходится пятимиллионным тиражом за двенадцать часов. Про себя я промолчу». Кстати, Александр Александрович говорит, что Кинг «пишет романы сразу и для читателя и для продюсера. Даже герои его рассчитаны на конкретных голливудских звезд».

Но вот какую важную мысль хотел передать Александр Генис: для него нет «трагедии» в том, что электронная книга может стать самостоятельной: «Вспомним, что литература, причем лучшая – от фольклора до Гомера, умела обходиться не только без книг, но даже без письменности». Писателя пугает не «смерть» книги, а то, как изменится «судьба» чтения. Ведь книгу сейчас не обязательно читать полностью: есть краткое содержание, громадный список цитат, фильмы, в конце концов. «Вместо обещанной всемирной библиотеки нас ждет лес цитат» справедливо подмечает автор. Все увеличивающееся пространство интернета использует цитаты великих писателей, даже не вникая в суть книги, попросту не читая ее.

Сравнивая традиционное и компьютерное чтение, писатель говорит, что «второе позволяет нам узнать лишь то, что нужно»: «Монитор-слуга, вышколенный дворецкий, лаконично отвечающий на заданные вопросы. Книга учитель, наставник: она отвечает на те вопросы, которые мы ей не догадались задать».

«Книга учит, как ее читать, закон как жить, Бог — как умирать, некролог — как хоронить», — завершает на этой печальной ноте Александр Генис «Некрологи».

Ани Айвазян

Author: Admin
Tags

Comments (1)

  1. Юлия:

    … не перестаю удивляться — насколько поэтична проза Гениса!..
    Счастье найти общение с таким человеком — прямо ИСЦЕЛЕНИЕ ДУШИ. 🙂

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Login

Lost your password?